Информационный Центр Правительства Москвы
05 мартa 2024, вторник, 10:24
Пресс-конференции

Пресс-конференция «Москва — пространство научного успеха в борьбе со СПИДом»

В понедельник, 12 декабря, в рамках Всероссийского конгресса с международным участием «ВИЧ-инфекция: трансформация подходов и эффективный баланс» прошла пресс-конференция на тему: «Москва - пространство научного успеха в борьбе со СПИДом и новыми вызовами». На мероприятии спикеры рассказали об актуальных комплексных мерах совершенствования качества оказания медицинской помощи больным ВИЧ-инфекцией в городе Москве

Пресс-конференция «Москва — пространство научного успеха в борьбе со СПИДом»
фото: РИА Новости/Евгений Биятов
Важное:

Алексей Мазус: В Москве более 43% жителей ежегодно сдают тест на ВИЧ

В Минздраве прокомментировали сведения о «недостоверности статистики по ВИЧ»

Владимир Гущин оценил возможность разработки вакцины против ВИЧ

ВЕДУЩИЙ

Коллеги, добрый день. Сегодня 12 декабря Информационный центр Правительства Москвы проводит пресс-конференцию по теме: «Москва - Пространство научного успеха в борьбе со СПИДом и новыми вызовами».  Пресс-конференцию проводит Мазус Алексей Израилевич - главный внештатный специалист по ВИЧ-инфекции Минздрава России и Департамента здравоохранения города Москвы, руководитель Московского городского центра профилактики и борьбы со СПИДом, директор Международного учебно-методического центра вирусологии человека Медицинского института РУДН;в пресс-конференции принимает участие Гущин Владимир Алексеевич - руководитель референсного центра по коронавирусной инфекции НИЦЭМ им. Гамалеи.

А. МАЗУС

Большое Вам спасибо, уважаемые коллеги. Мы в этом зале, действительно, встречаемся традиционно. Как правило, мы проводим какой-нибудь большой международный форум, и в рамках этого форума здесь рядом сидят гости, были гости из США из Германии. Обсуждаем с коллегами различные аспекты возможных научных прорывов в лечении ВИЧ-инфекции, возможности создания вакцины. Сегодня, я считаю, у нас там будет не менее интересный диалог. Владимир Алексеевич Гущин – один из соавторов вакцины Спутник-V, наш активный соавтор статьи, которая была опубликована «Ланцетом», самое большое исследование возможностей вакцины на профилактике у больных ВИЧ-инфекцией против SARS Co-2 – это одна из первых масштабных работ, которая была в марте опубликована в одном из журналов «Ланцета». Нам очень приятно было, потому что было очень много отзывов международных. Не ожидали, что русские так могут. Могут еще и не так. Работа продолжается.

В рамках нашего форума мы только что вернулись с делегацией из Мексики, где участвовали в параллельном мероприятии, которое является нашим партнером , и в прошлом году так было. Разница во времени не дает такой полноценной работы, и в этом году я сам был вынужден докладывать на этой конференции, было два доклада, вот, один из них должен был сделать доктор Гущин, но пришлось делать нам с Федором Михайловичем Серебряковым . И было очень много вопросов , вызвали большой очень интерес у коллег, которые были на этом конгрессе, были представители 27 стран, и там было тоже обсуждение и Спутника, и нашей работы, и наших возможностей. А каких возможностей? База данных. Нашу страну там отличает от практически всех стран четкая система мониторинга инфекционной заболеваемости. В основе этого мониторинга лежат информационные базы данных, которые формируют свои данные из большого количества диагностических исследований.

Касаемо ВИЧ-инфекции, то здесь мы являемся лидерами в мире, Москва является абсолютным лидером. В Москве 43 % с лишним жителей Москвы ежегодно сдают тест на ВИЧ. Ну, и когда появилась новая короновирусная инфекция эти же модели с базами данных с обследованием людей , и информированием в единую биг-дату, дало нам возможность работать с уникально большим количеством цифр. Ну, и, соответственно, больных, которые и позволили нам практически, быстрее всех в мире, сделать такое масштабное исследование. В основе были базы данных , наши возможности работы с ними, а дальше одна из лучших вакцин в мире, которая признается – это Спутник-V, и она идеально подошла пациентам с ВИЧ-инфекцией , и уже в такой научной доказательной базе в таком большой исследовании, у нас было рекордное количество рецензентов. 6 рецензентов – это, конечно, уникальная история. Под электронным микроскопом рассматривали нашу работу уважаемые коллеги. И вот это является ярким событием в российской науке по ВИЧ-инфекции, с учетом SARS co-2, а, главное, с очень понятными практическими выводами , которые вылились в конечном итоге в клинические протоколы лечения больных ВИЧ-инфекцией, где есть глава по вакцино-профилактике. Если вы посмотрите в федеральные методические рекомендации по вакцинации SARS co -2 для больных ВИЧ-инфекцией на основании нашей научной работы, был сделан целый блок, как, кому, а там более сложные схемы вакцинации, которые учитывают иммунный статус больных. Соответственно, это такая важная история. В этом году на конгрессе в Мексике я делал доклад о ситуации с ВИЧ-инфекцией в европейском регионе ВОЗ. Вы знаете, мы являемся частью европейской системы ВОЗ. Мы передаем данные в ECDC –это европейский центр по контролю за заболеваемостью. Передаем данные так, как они у нас есть. Нам скрывать нечего.

Мы передаем данные, которые формируются внутри федерального регистра больных ВИЧ-инфекцией и соответствующей платформы, которая есть. Наша страна дает наиболее полные данные в европейское бюро ВОЗ по тому, что происходит в нашей стране. Об этом у меня был доклад о том, насколько большая разница между востоком, центром и западом Европы , какие возможны пути решения и модели профилактики, что нельзя делать одни и те же для разных стран , потому что болеют разные кагорты людей.  И мне практически нечего сказать нового про Москву. Мы остаемся в плане ВИЧ-инфекции одним из самых безопасных мегаполисов мира, с низкой заболеваемостью, со стабильным снижением заболеваемости каждый год, выявляем все меньше больных, с абсолютно налажено системой оказания помощи больным ВИЧ-инфекцией , с практически 90 % - м охватом терапией тех больных, которые у нас находятся на диспансерном учете, в внедрением в систему оказания помощи современных антиретровирусных препаратов в полном объеме. Сегодня в рамках конгресса мы будем докладывать о возможности лечения больных ВИЧ-инфекцией с сочетанной онко-гематологией, сложнейшие больные, которым мы оказываем помощь,  и у нас прекрасные результаты по выживаемости этих чрезвычайно сложных больных. Сегодня в программе у нас уже большой опыт пересадки печени больным Вич-инфекцией. Даже такие сложнейшие операции делает Москва. Мы гордимся тем, что система мероприятий в рамках программы которая работает в Москве с 2001 г. , но последнее время она стала еще более интенсивно работать на новом уровне. У нас есть великолепные результаты, молодежь практически не заражается ВИЧ-инфекцией – это единичные случаи. Мы снизили, если мы берем пиковые цифры 1999 г., количество молодых людей, которые заразились ВИЧ-инфекцией, в 50 раз. Речь идет от 15-17 – летних подростках. Или уже взрослых людях . и в 20 раз, если речь идет о молодых людях 18-24 лет. Т.е.молодежь сейчас по Москве практически не заражается ВИЧ-инфекцией, и это индикатор крайне эффективных мероприятий , которые проводятся в городе с молодежью. Я передам слово Вам, Владимир Алексеевич, потому что все остальное я отвечу на Ваши вопросы.

ВЕДУЩИЙ

Спасибо, Алексей Израилевич.

В. ГУЩИН

Я хотел бы продолжить рассказ про то исследование, которое мы провели. Действительно, оно стало возможным благодаря тому, что в Москве существует хорошо-развитая система документации того, что происходит с пациентами разных кагорт, и, в частности, кагорта ВИЧ-инфицированных была очень хороша там, что это люди, которые давно и так находятся на учете в системе медицинской, и для этих пациентов очень хорошо такого рода Базы данных уже описаны. Если классическое клиническое исследование рандомизированое плацебо-контролируемое в норме для КОВИД-19 включало порядка 20-30 тыс. участников, то в данном случае, благодаря тому, что сравнимое количество лиц находится на учете и получает терапию, мы, фактические, смогли за время 1-2 месяца , получить доступ к этим данным и провести также кагортное исследование, но ретроспективное, и за довольно большой промежуток времени , и это исследование, благодаря этому стало уникальным. К моменту, когда мы публиковали свои данные имелась информация об иммунологической эффективности, вы знаете, когда человек получил препарат , у него измерили количество антител, посмотрели, сказали, что антитела у него есть, они обладают какой-то активностью, наверное, этот человек защищен, но с точки зрения эпидемиологии, такого рода свидетельства всегда проигрывают эпидемиологическим исследованиям. Когда вы можете взять людей и посмотреть, что происходит с заболеваемостью.

Благодаря тому, что у нас был доступ к хорошо описанной кагорте, у нас была четко зафиксирована процедура вакцинации этих лиц, мы знали, как в этой кагорте меняется иммуно-сохранность, мы смогли получить ряд ценнейших результатов. 1 – это результат, что если пациент получает стабильную антиретровирусную терапию, она работает, у него более 350 клеток на микро-литр, то, в принципе, этот человек защищен также хорошо, как и условно-здоровый человек из популяции. С другой стороны – нами было показано, что эффективность защиты меняется, т.к. в наше исследование попала часть временного промежутка, когда циркулировал вариант Дельта, мы впервые показали, что у вакцины, с точки зрения перехода к новому варианту, меняется эффективность. И это стало основной для того, чтобы запустить большую работу по смене антигенного состава. С прошлого года в Центре Гамалеи разработаны обновленные антигенные составы, и они прошли доклинические исследования . Сейчас Министерство Здравоохранения находится на этапе обновления постановления правительства РФ 441, которое должно позволить нам своевременно менять антигенный состав вакцин. Во многом, благодаря качественно описанной кагорте и надежным результатам, которые мы получили в рамках своего исследования на лицах, живущих с ВИЧ, стало толчком, чтобы быстрее двигаться к системе, когда необходимо производить постоянный мониторинг изменчивости вируса, своевременную адаптацию тех вакцин, которые используются для того, чтобы можно было в качестве бустера лицам, живущим с ВИЧ, и любым другим здоровым людям рекомендовать уже антигенный состав обновленный.

Пандемия для нас не прошла зря, мы извлекли много уроков , и , я очень надеюсь, что , продолжая работать совместно, Центр Гамалеи сможет двигать в области генетики более активно, исследования эффективности применения схем терапии относительно различных генетических вариантов. Это тот опыт, который мы извлекли, и, я надеюсь, тот опыт, от которого мы уже не откажемся в рамках нашей научной и практической работы.  В Центре Гамалеи существует много лабораторий и много направлений исследований , которые фактически нацелены на то, чтобы разрабатывать для страны стратегический резерв различных препаратов иммуно-биологических, это вакцинные препараты однодоменные моноклональные антитела, это противовирусные средства, это средства для борьбы с бактериальными инфекциями. Мы сейчас, получив опыт, существенно лучше представляем себе, что мы можем ускорять процесс внедрения , как это было для лечения с короновирусом. В том числе ускорять внедрение других средств, которые разрабатываются в нашем центре. Спасибо.

А. МАЗУС

Можно я Вам задам вопрос, Владимир Алексеевич? В 2013 году мы обсуждали здесь с журналистами, приезжал Робер Галла, приезжал Хосе Спанза, который возглавлял направление создания вакцины от ВИЧ, и были вопросы, и были надежды, что вакцина будет сделана, а 3-4 года назад здесь сидел уважаемый наш профессор Эмин Шао, один из авторов китайской вакцины от ВИЧ, и мы тоже это обсуждали, в этом же зале я анонсировал испытания, которые проводили и планировали проводить в нашем центре одной из европейских вакцин, но это была уже русская вакцина, там была совместная разработка, к сожалению, пока эта вакцина не дошла до стадии уже  более серьезных разрешительных документов. Там был такой очень необычный способ ее применения. А вопрос, который я Вам должен задать, сможем ли мы сделать вакцину от ВИЧ, в том силе на той базе, на которой мы делаем Спутник, потому что платформа себя показывает великолепно. Или для этого нужны какие-нибудь технологии, которые я тоже знаю, есть в институте?

В. ГУЩИН

Алексей Израилевич, да, действительно, вопрос Вы мне задали очень сложный. Но очень важный. Некоторое время назад мы начали активно обсуждать, как необходимо с учетом ковидного опыта, меня стратегию разработки профилактических средств, в том числе для того, чтобы можно было их использовать для ВИЧ-инфицированных. И здесь я не скрою, что есть масса негативного опыта , который говорит о том, что такая классическая профилактика для ВИЧ работает плохо, т.е. в случае .как с Ковидом, заранее создать барьер, собственно, он и для Ковида пробиваемый, Если в случае с Ковидом кроническая инфекция для большинства людей не характерна, и человек выздоравливает, а сформированный иммунный ответ, даже если он не очень оптимален , он все равно приносит пользу, снижается тяжесть течения, ускоряется выздоровление, человек с меньшей вероятностью попадает в госпиталь и нуждается в реанимации, то в случае с ВИЧ такая история не совсем приемлема, потому что .сели человек все-таки заразился, дальше, соответственно, ВИЧ найдет способ сохраниться в организме, эволюционировать, придумать различные трюки клеточные для того, чтобы уйти от иммунной защиты, если иммунитет его слишком активно подавляет, он всегда имеет хитрость спрятаться в геном, переждать пока оптимальный иммунный ответ упадет, и дальше продолжил свой путь. Сейчас действительно самое время, вот эти платформы, которые разрабатываются в части МРНК, нацелить на то, чтобы создавать вакцины для лечения ВИЧ.

Мы сейчас могли бы более активно в этом направлении двигаться , потому что новые платформы, в частности, МРНК, позволяют применять профилактический препарат существенно чаще, чем любые другие, потому что не формируется нейтрализующий иммунный ответ. Пока что ничего подобного не показано, и мы могли бы начать с того, чтобы создавать препараты, которые не были бы в универсальном смысле профилактические, но они бы были терапевтическими для пациентов , которые уже ВИЧ – инфицированы, и мы сейчас активно продумываем эту схему, готовимся к тому, чтобы ставить нужные инвитровые тесты с использованием животных моделей. Там все не так просто, потому что в отличие от короновируса, ВИЧ нельзя смоделировать у лабораторных животных, чтобы модель была летальная. Т.е., как правило, этот вирус оптимизируют под животную модель, и тогда уже не совсем работает антигенная история, которая должна работать на человеке, либо модифицируют иммунную систему та, что модель становится очень дорогая, сложная, но там есть подходы, которые позволяют комбинировать, с одной стороны, вакцинный подход,  и подходом генно-терапевтическим, когда мы можем у нужных нам суб-популяций клеток иммунной системы, их немного перепрограммировать. Заставлять реагировать правильным образом на те иммунные стимулы, которые есть. Потому что ВИЧ, кроме того, что он разрушает иммунную систему изнутри, уничтожая определенные типы клеток, он  еще не позволяет тем клеткам, которые нужны, чтобы отреагировать на иммунный стимул, сформировать качественное цитоксическое звено, хелперное звено, соответственно, правильные антитела, он еще их вводит в заблуждение та, что они не могут формировать иммунитет. И в этом смысле , нужно учитывать тот опыт, который есть у лиц, которые естественным образом не инфицируются, те лица, которые хоть и инфицируются, но не заражаются, не страдают. Такие кагорты, я знаю, есть в том числе на базе Вашего центра. Самое время было бы спланировать эту программу так, чтобы она дала максимум фундаментальных знаний  и практических разработок, которые в короткой перспективе можно было бы попробовать. Правильно начинать с необычной вакцино-профилактики, которая не является в полном смысле профилактикой здоровых. Это терапия, которая позволяет у пациентов уже ВИЧ – инфицированных достигать хороших клинических результатов.

А. МАЗУС

Большое Вам спасибо, и еще раз хочу обратить Ваше внимание на то, что это такая совместная работа яркая на базе московского здравоохранения, московских больниц, московских возможностей, потому что в Москве сегодня создана уникальная платформа и уникальные условия для развития такого уровня науки. Я знаю, что и сейчас у Вас идет активная работу, с нами, понятно, рядом наших московских больниц . Давайте будем честными, что выход Спутника на рынок  для применения – это тоже очень серьезная партнерская работа именно московского здравоохранения, руководства, города, который очень внимательно смотрит за инновационными решениями, Спасибо за возможность такой научной работы, которая есть не у многих.

ВЕДУЩИЙ

Про вакцину Вы нам рассказали, но надежда-то есть?

В. ГУЩИН

Надежда однозначно есть . Я думаю, здесь такой вопрос, что новые технологи действительно позволяют достигать совершенно других результатов. Когда мы начали работать с аденовирусами, с МРНК, поняли для себя, что это совершенно другие возможности. Мы можем получать продуктивный иммунный ответ против таких антигенов, которые раньше, с использованием классических методов, мы достичь не могли. Собственно, как показала практика с КОВИДом, инактивированные вакцины оказались совершенно не конкурентноспособными. В этом смысле, технология + учет фундаментальных знаний , и возможности транслировать в короткой перспективе эти знания в практику. Это три ключевых компонента, которые нужны для того, чтобы достичь успеха. В этом смысле работа с Департаментом здравоохранения Москвы у Центра Гамалеи чрезвычайно продуктивная и эффективная в том смысле, что когда появляются какие-то разработки, требующие практического тестирования, чтобы оценить, нужно это столичному здравоохранению или нет, можно без лишней бюрократии, проволочек, быстро согласовать необходимые исследования, получить поддержку от тех клинических учреждений, которые на базе Департамента существуют. Наше исследование было одно из, которое центр на своей базе проводил, и здесь можно отметить, и активную работу по плазме, и по генетике короновируса, по части вируса оспы обезьян, Создание вакцины должно стать логическим продолжением тех успешных программ. Которые реализованы, для того, чтобы за короткий период времени транслировать научный опыт, который есть в центре для практического здравоохранения.

А. МАЗУС

Мне кажется, это очень важно. Мы все понимаем, что основная надежда покончить с эпидемией или пандемией ВИЧ-инфекции в глобальном смысле, находится в плоскости создания вакцины. И все стараются ее сделать. У нас тоже есть шанс.

В. ГУЩИН

Есть, есть, безусловно. Я считаю, что сейчас возможностей стало сильно больше именно, благодаря, технологии, с одной стороны, а с другой стороны – пониманию того, что эти разработки могут двигаться быстро только в том случае, если они реализуются в альянсе с практиками, с клиникой, тогда это не заканчивается экспериментами на животных и не ложится куда-то в дальний ящик, с отличными публикациями и патентами, но отсутствием реализации. Мы сейчас нацелены исключительно на те разработки, которые нужны для практического здравоохранения. Я надеюсь, что с использованием новых технологий мы будем двигаться еще быстрее.

А. МАЗУС

И, конечно, невозможно исключить российскую науку из общемировой. Невозможно исключить многолетнее общение между научными центрами, что было продемонстрировано несколько дней назад. Идет полноценный диалог. Был создан международный центр БРИКС. Мы возлагаем большие надежды на эту работу, он располагается в ЮАР. Инициатива была наших партнеров из КНР и хотят наших специалистов привлечь. У России есть очень интересные разработки, мы готовы продолжать работать, мы надеемся, что этот цент вакцин, там тоже есть модуль по ВИЧ-инфекции, который тоже станет инструментом для того, чтобы создать быстро такую необходимую вакцину для людей.

ПОРТАЛ  ICMOS.RU - Ю. ЗАХАРОВА

Мой вопрос к Алексею Израилевичу. Буквально на днях было опубликовано интервью с Академиком Покровским, в котором он усомнился в даны Минздрава о снижении заболеваемости ВИЧ-инфекцией, и в качестве аргумента говорил, что обще- ежегодная заболеваемость все еще растет. Более того, он говорил: «мы говорим, что ситуация по ВИЧ в стране напряженная, а Минздрав рапортует об успехах. В этом и конфликт между двумя ведомствами, тут, как говорится, примирение, вряд ли возможно».  Как Вы прокомментируете это заявление?

А.МАЗУС

Конфликта между ведомствами нет, и быть не может. Как и Минздрав, так и Роспотребнадзор являются соисполнителями гос.стратегии  по борьбе с ВИЧ-инфекцией. Я думаю, что это какая-то там искаженная реальность, как и интервьюэр говорит про цифры, которые есть заболеваемости. Мне очень неудобно, коллеги, но это вообще не из этой области. Этот термин предполагает учет выявленных больных за конкретный промежуток времени. За месяц или год. Называется – заболеваемость – в эпидемиологии. Этим термином мы все пользуемся. По этому термину весь мир работает, понимает, что она в России, очевидно, снижается. Кстати, в западной Европе, она тоже снижается, и это очень четко видно по тем цифрам, которые есть. Там произошло, видимо, искусственное перепутывание термина, или его незнание, но трудно предположить, что целый начальник отдела не знает терминов в собственной профессии. Это пораженность, распространенность, это общее количеств больных на население. Оно, конечно, растет, новые больные появляются, это нормально, и распространенность сегодня в России ВИЧ-инфекции – 0,58 %. Это много, но цифры, которые находятся в пределах допустимых. Мы имеем на территории страны умеренную распространенность ВИЧ- инфекции. Количество новых случаев уменьшается каждый год, но это все равно много, мы честно об этом заявляем, мы передаем данные в ECDC, они у нас ежегодно озвучиваются, тайн тут нет никаких. Мне кажется, это не из области эпидемиологии. И я не уверен, что данные полномочия начальнику отдела представлять интересы ведомства и позицию. Это, скорое, вопрос к Роспотребнадзору . По крайней мере мне ни о каких непримиримых разногласиях неизвестно. Более того, и в Москве .и в регионах мы работаем в очень тесной связки с управлением Роспотребнадзора . Без этого работать нельзя. Это общая работа, задача, решение для того, чтобы , у нас есть острые задачи, если нужно найти больного, когда речь идет о донорстве. Абсолютно общая работа, когда нужно выезжать в больницы, искать, кому перелили кровь, и база данных у нас, в принципе, должны быть синхронизированы. У нас есть разные формы отчетов, но базы данных – общие. То ли что-то не так перепечатал журналист, то ли что-то не из области науки точно.

ВЕДУЩИЙ

Алексей Израилевич, Вы являетесь директором учебно-методического центра вирусологии человека Медицинского института РУДН. О науке говорим. Я помню последний конгресс международный, тогда они ссылали, что советская школа, ученые, мы на них учились, а Вы говорите, что молодежь снова пошла в науку? Молодой ученый в медицине – это норма?

А.МАЗУС

Молодой ученый  - это должно быть нормой, вопрос, в каких областях. Нам бы хотелось, чтобы их было больше, и чтобы у меня в том числе была возможность выбора .Не могу сказать, что у нас стоит большая очередь, но молодые люди проявляют интерес, идут  в науку, делают работы интересные, и мы надеемся, что это процесс будет продолжаться, более того, принципиально важно, чтобы у молодежи , и у всех, кто занимается наукой, были возможности приложить свой талант. Чтобы было место работы и возможности реализации идей. Здесь Москва, и центр, где мы работаем, такой яркий пример. В РУДН у нас есть международный центр. Когда мы его делали, задача была «Африку учить», чтобы создать некую конкуренция с западными ВУЗами мы придумали специальную программу, абсолютно современную, магистерскую программу в здравоохранении, и она реализуется. Потом пришел SARS CO-2 и, к сожалению, в этой части наши планы немного нарушил, т.к. стали более сложными обмены студентами, приезды коллег для прочтения лекций. НО мы надеемся, что эту часть нашей работы мы тоже сможем успешно реализовывать.

«НЕЗАВИСИМАЯ  ГАЗЕТА»

Как санкции повлияли на международное сотрудничество по тем вопросам, о которых Вы говорили?

А. МАЗУС

Санкции, как таковые, не повлияли. По крайней мере, в части, в которой заняты мы. У нас нет ничего такого, что можно было бы взять под санкции, потому что мы лечим людей. Все технологии, которые мы используем – на благо человека. Но есть отношения отдельных ученых, вернее, их начальников, которые сдерживают контакты с Российскими учеными. Это странно. И речь всегда шла о второстепенных институтах и ученых. Там, где собрались звезды мировой вирусологии, под руководством Роберта Галла,  никаких ограничений в контактах, в работе у нас нет, экспертная поддержка GVN есть, и мы ей пользуемся при необходимости. Конгресс, который был в Мексике – это абсолютные звезды биологии, химии, которые создали мир новых лекарств, которые вылечили Гепатит С, которые создали линейку противовирусных препаратов, которые спасли уже миллионы жизней, вот на этом уровне нет никаких вопросов для общения. Вероятно, где-то на уровне комплексов слабых ученых что-то происходит, но это вопрос психологии.

СМИ

Владимиру Алексеевичу можно вопрос задать? Вы сказали, что готовы обеспечивать страну новыми препаратами их области антибиотиков. Есть ли у Вас какие-нибудь новые разработки, с учетом того, что в пандемию обострилась проблема антибиотико-резистентности, которые могли бы составить конкуренцию антибиотикам последнего поколения?

В. ГУЩИН

Когда мы говорим  про антибиотики, мы говорим, что в мире наблюдается кризис, последние несколько десятков лет новые препараты почти не появляются. Не появляется принципиально новых молекул. Как правило, те разработки, которые ведут фарм-компании, это аналоги уже существующих в линейке препаратов . Это новые формы веществ, комбинации, но если говорить про Центр Гамалеи , то есть несколько подходов, в частности, последние несколько лет у нас разрабатывается такой препарат, он называется «Фтортиазинон» , который принципиально использует другую схему. Если стандартный антибиотик нацелен на то, чтобы убить микроорганизм, остановить какой-то процесс связанный с его жизнедеятельностью,  транскрипцией или трансляцией. Или с поддержанием структуры ДНК, то этот препарат нацелен на обезоруживание бактерий. Вещество отключает факторы вирулентности, оно нацелено на специальные механизмы у бактерий, которые нужны для того, чтобы проявлять свою вирулентность. Существует мировой тренд на разработку подобного класса препаратов. Их смысл заключается в том, чтобы дать возможность иммунной системе самой победить этот микроорганизм. Такой препарат разрабатывается, и он находится на очень продвинутой стадии. Одно клиническое исследование завершилось, предполагается его регистрация для одного из направлений, но клинические исследования продолжаются для того, чтобы расширить сферу применения. Сейчас он активно проходит эти исследования. В ближайшее время мы рассчитываем, что он будет зарегистрирован. Есть ряд экспериментальных разработок . В частности, это активные молекулы на базе литических ферментов бактериофагов. Этой научно разработкой мы занимаемся лет 5, для науки это небольшой срок. Сейчас идет ряд доклинических исследований которые подразумевают использование этих литических ферментов бактериофагов качестве готовых лекарственных форм инновационного применения. Несколько направлений. Одно из них связано с принципиально другим подходом, Преимущество Фтортиазинона позволяет эволюции идти по-другому. Сам патоген не уничтожается, не отбираются варианты, которые были бы устойчивы к этому веществу. У бактерии не стоит вопрос: жизнь или смерть, то и селективное давление образуется не такое. Там большое количество агентов, вызывающих внутрибольничные инфекции, осложнения, связанные с КОВИД, когда присоединяется бактериальная инфекция. Это основные направления по части антимикробной терапии.

СМИ

Можно уточнить по поводу клинических исследований? Пандемия показала, что можно проводить их в очень сжатые сроки, во всем мире немного поменялась концепция доказательной медицины, готовы ли Вы распространять схему укороченных доклинических исследований на другие препараты?

В. ГУЩИН

В данном случае, вопрос распространения зависит не от Центра Гамалеи, потому что мы в своей работе руководствуемся теми нормами, которые сейчас применимы, в частности, 441 постановление работает прежде всего против КОВИД, но пока не распространяется на другие инфекционные агенты. Соответственно, те препараты, которые разрабатываются для других нозологий , они пока не испытываются и не внедряются в ускоренном режиме. Но вопрос их внедрения должен рассматриваться с учетом тех рисков, которые по разным нозологиям возникают. Когда ты живешь в условиях пандемии, у тебя нет другого выхода. Ты должен сокращать сроки. И как правило, эти сроки сокращаются за счет разных бюрократических вопросов, сроков рассмотрения досье разными регулирующими органами, , Основной момент был, что после доказательства иммуногенности , можно было использовать вакцину в гражданском обороте. Это вопрос пользы-риска. Для Ковида и профилактических, терапевтических препаратов, которые представляли из себя репозиционирование. Это не новые принципиально вещества, Это, как правило, вещества с высокой степенью безопасности, это было возможно. Для других инфекционных агентов – это нужно обсуждать на экспертном уровне, а потом принимать решения.

ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ «41»

Хочу уточнить у Алексея Израилевича, Что касается информации от РОспотребнадзора , недавно в СМИ были озвучены данные о росте числа умерших больных ВИЧ, ссылка на их аналитическую справку. Как Вы это прокомментируете?

А. МАЗУС

Я готовился к своему докладу здесь, мне скинули этот материал, я еще не мог с ним ознакомиться . Там опять какие-то цифры , и внутри этих цифр есть цифры Росстата. Они правильные. Там есть 2020 и 2021 гг. 2020 г. умерло по Росстату 18498, в 2021 – 16914. Соответственно, снижение на 8, 6 %. Речь шла о количестве общем больных с диагнозом ВИЧ-инфекция, полученном в результате научной работы. Мы не знаем, что это за научная работа, что это за справки, Но у нас другие цифры. Есть форма 61, где все указано. Мы особенно эти цифры не озвучиваем, но, понимая интерес к новой справке, придется озвучить. От всех причин, согласно 61 форме в 2020 г. умерло 26844 человека, в 2021 г. – 24722 чел. Итого, - 7,5 %.

Мы с Вами понимаем, если мы делаем пересадки печени, если речь идет об онко-гематологии, о том, что мы эффективно лечим больных, то больные живут обычной жизнью, и умирают от тех причин которые есть у обычного человека. Это и инфаркты, и травмы, ДТП. Это обычные люди, которые живут полноценной жизнью, работают. Вот такие цифры у нас есть. Мне ничего не известно, статью я пробежал мельком, там что-то совсем непонятное. Источник данных непонятен и пафос данного мероприятия тоже. Если это научная работа, должен быть заказчик, источники данных. Если это ведомственная справка, зачем она попала к Вам, Что это за документ, какая цель у него была, мы не знаем.