Главная  /   Пресс-конференции  /   Пресс-конференция «Инновации в московской наркологии»
12 ноября 2019, вторник, 21:49

Пресс-конференции

23 мартa 2017 Пресс-конференция «Инновации в московской наркологии»

23 марта 2017 года состоялась пресс-конференция на тему: «Инновации в московской наркологии»

Пресс-конференция «Инновации в московской наркологии»


ВЕДУЩИЙ

Добрый день, коллеги. 23 марта Информационный центр Правительства Москвы проходит пресс-конференция на тему «Инновации в московской наркологии».
Пресс-конференцию проводит Брюн Евгений Алексеевич, главный внештатный специалист-нарколог Министерства здравоохранения Российской Федерации, главный внештатный специалист психиатр-нарколог Департамента здравоохранения города Москвы, директор Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Московский научно-практический центр наркологии Департамента здравоохранения города Москвы», заместитель председателя Совета по проблемам профилактики наркомании Совета Федерации Российской Федерации, заведующий кафедры наркологии Российской медицинской академии непрерывного профессионального образования, председатель ученого совета Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Московский научно-практический центр наркологии Департамента здравоохранения города Москвы». Спасибо, что сюда пришли и пригласили двух замечательных специалистов для участия в пресс-конференции. Это Надеждин Алексей Валентинович, руководитель отдела коммуникационных технологий в наркологии и Мацкевич Виктор Александрович, заведующий научной лабораторией.
Евгений Алексеевич, Вам слово. 

Е.А. БРЮН

Уважаемые коллеги, мы сегодня пришли к вам небольшим наркологическим десантом и будем проводить пресс-конференцию в этом великом здании. Мы хотели вам рассказать о тех событиях, которые в последнее время происходят. Их произошло на этой неделе достаточно много. Эти события очень интересные и знаковые, и нам очень хотелось бы проинформировать вас и через вас граждан Москвы и Российской Федерации о тех инновациях, которые в последнее время происходят, и которые мы рекомендуем всем субъектам внедрять.
Не так давно у нас в гостях был достаточно большой чиновник из ООН. Есть такое учреждение в Вене, которое называется «Управление ООН по наркотикам и преступности». Когда он с нами прощался, он посмотрел нашу наркологию московскую и сказал, что к нам надо присылать иностранных специалистов учиться. Это заслуга наших докторов, психологов, специалистов по социальной работе, биологов. Мы горды тем, что мы работаем в московской наркологии и тем, что она является по некоторым отзывам лучшей в мире. Я не могу это ни утверждать, ни опровергать, но такие высказывания иногда звучат.
На этой неделе, буквально во вторник, была антинаркотическая комиссия в Москве, которую вел вице-мэр города Москвы Горбенко Александр Николаевич. Там поднимался вопрос о взаимодействии Департамента здравоохранения и Департамента образования для проведения профилактической работы по снижению спроса на наркотики среди учащихся: молодежи и подростков. Прозвучало единое мнение о тестировании, в соответствии с законом 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». Было принято решение эту работу продолжать и расширять с тем, чтобы в конечном итоге охват тестированием был 100 %. Когда наступает определенный возрастной рубеж, молодежь должна сдать определенные анализы и продемонстрировать свою чистоту. Такое событие и подтверждение верности нашего пути произошло. Могу сказать, что за время работы закона о тестировании и за время нашей активной работы по тестированию учащихся, количество обнаруженных потребителей наркотиков снизилось в тридцать раз. Примерно с 10-13 % в 2011 году до 0,3 % в 2016 году. Некоторые наркологи ставили вопрос о том, что закон свое дело сделал и его можно как-то корректировать или отменять, но пришли к выводу, что сама система тестирования является очень мощным профилактическим фактором. Идет значительное снижение потребления в этой возрастной группе.
Вчера было еще два события серьезных. Есть такой Детский совет при Уполномоченном по правам ребенка в Москве, который возглавляет Анна Юрьевна Кузнецова. Речь шла о подготовке летнего сезона отдыха детей. Было много вопросов и проблем поставлено на этой встрече и, в частности, речь идет о том, что во время летних каникул беспризорность и незанятость детей возрастает. А мы знаем по нашим клиникам, что к осени, к началу учебного года очень многие подростки и молодежь, отдохнувшие за летний период, потом поступают в наши клиники лечиться по поводу наркомании и алкоголизма. Алкоголизма в меньшей степени. Наши профилактические программы, которые мы проводим в летних лагерях, особенно в лагерях городского типа, очень важны. Еще одно событие вчера вечером произошло – заседание московского отделения Общероссийского народного фронта. Там тоже шла речь о снижении спроса на наркотики, алкоголь и табак среди несовершеннолетних и среди учащихся вообще, в целом. Там тоже обсуждалось много всяких интересных вещей. В частности, шла речь о воспитании. Один из главных вопросов, который стоял, был вопрос возобновления обучающих программ для родителей. Это тоже очень важный момент, мы тоже всегда об этом говорим. Родители, а особенно молодые родители должны учиться снижать и минимизировать риски по зависимому поведению. Зависимое поведение мы рассматриваем в достаточно широком смысле. Это и наркотики, и алкоголь, и игромания. Последние события по подталкиванию наших детей к самоубийству или подготовке к смерти, а также культирование этой темы среди подростков, тоже иногда рассматривается, как зависимое поведение. Речь идет об агрессивных формах поведения, которые тоже рассматриваются, как зависимое поведение. Зависимое от своей агрессии. Классический пример, он был в открытой печати, Наоми Кэмпбелл – известная модель, лечилась от своей агрессии по программам анонимных алкоголиков. Кстати, успешно вылечилась и уже много лет она ведет себя прилично и адекватно. Зависимое поведение рассматривается достаточно в широком смысле и требует масштабной работы, в основном, с родителями. Разговаривать об этом с подростками – только привлекать их внимание к тем или иным темам. Каждому возрасту должно соответствовать свое знание.
Во вторник же, позавчера состоялось заседание круглого стола в Московской городской Думе. Вы, наверное, слышали или читали в печати о том, что обсуждался вопрос возобновления работы вытрезвителей. Это довольно наболевшая и много лет обсуждаемая тема очень важная для страны. Была издана брошюра, которую можно поискать на сайте Московской городской Думы. Думаю, она там размещена. Также можно туда обратиться, они обещали сделать дополнительный тираж. В брошюре представлен обзор о том, как организованы вытрезвители в разных странах, как в Чехии, в разных городах Российской Федерации. Наша позиция на этом круглом столе тоже прозвучала. Мы считаем, что вытрезвители нужны. Сейчас решается вопрос о том, в какой форме они будут. Опыт Российской Федерации очень разный. Есть вытрезвители в системе наркологической службы. Прекрасные примеры, я их смотрел. Особенно в Тюмени, мне очень понравился вытрезвитель в структуре наркологической больницы. Также есть самостоятельные учреждения муниципальные, есть учреждения в системе социального обеспечения и социальной защиты. То есть, разные совершенно формы. Я не знаю, что выберет Правительство Москвы, мне трудно пока это обсуждать. Но вопрос поставлен, и он будет решен. В том или ином виде вытрезвители будут существовать. Есть платные вытрезвители, есть бесплатные. Москва будет выбирать подходящую соответствующую форму.
Теперь я представлю вам Мацкевича Виктора Александровича. Он – руководитель лаборатории генетики. Это инновационный метод выявления рисков. Он лучше меня это все расскажет. Он мастер своего дела. Таких разработок нигде в России пока нет. 

В.А. МАЦКЕВИЧ

Спасибо большое, Евгений Алексеевич за предоставленную возможность выступить и за трехлетний опыт нашей совместной работы.
Я сегодня хотел рассказать вам о том, зачем в московской наркологии нужна молекулярная генетика. Нужна она нам в двух основных областях: для персонализации оказания медицинской помощи тем, кто поступает в центр уже как пациент для лечения, а также она нужна для того, чтобы правильно учитывать персональные особенности личности при приеме в профилактическом отделении Центра, на базе которого организован кабинет медицинской генетики. Весьма плодотворно внедряется генетическое консультирование в практику профилактической работы Центра.
Позвольте мне начать с персонализации оказания медицинской помощи. Для того, чтобы понять зачем нам нужна персонализация медицинской помощи, нам важно понять, что большая часть лекарств, которыми пользуются врачи в наших стационарах, уходят на рынок после достаточно продолжительных клинических исследований по безопасности и эффективности. Исследования проводятся на многотысячных выборках пациентов. Есть некое обобщенное знание о том, как общая выборка пациентов с тем или иным диагнозом реагирует на то или иное лекарственное средство. Все люди разные и исследования часто проводятся в тех странах, где живут люди с какими-то особенностями организма. Персонализация сводится обычно к выяснению молекулярных механизмов метаболизма и обмена лекарственных средств, попавших в организм пациента. Персонализация сводится к учету факторов, влияющих на организм человека в период его лекарственной терапии. Около половины реакций организма зависит от его внутренних врожденных генетических факторов: соотношение активности части цитохромов печени, ферментов, интенсивности экспрессии белков, смешения лекарственных средств. И около половины учитываются по опросу пациента относительно различных внешних факторов и стадии болезни. Это можно выяснить и без генетики. Первое внедрение генетики в персонализационную практику врачей было осуществлено в 2001 году в США. Было очень широкое обзорное исследование с целью узнать, какое количество лекарственных средств правильным образом действует на лечение той или иной патологии в различных областях медицины. Проценты колеблются от 38 % в лечении депрессии до порядка 75 % в онкологии. Подчеркиваю, это было 15 лет назад. До того, как этот показатель стал учитываться, три четверти лекарств действовали не совсем так, как они должны были действовать по своему назначению. После этого возник вопрос: какие факторы еще можно учесть, чтобы лекарства стали работать лучше. Эти вопросы впервые возникли на Западе, равно как и молекулярная биология очень далеко продвинулась вперед в 1990-2000 годы именно на Западе. Исследования персонализации начали проводиться на тех людях, которые живут там со всеми их генетическими и персональными особенностями организмов, которые были интересны западным докторам.
Для правильной персонализации и внедрения молекулярно-генетических знаний в Москве и правильному оказанию медицинской помощи нашими московскими врачами, у нас нет никакого выбора, кроме как проводить эти исследования здесь же, в Москве на наших пациентах и добровольцах, а также на людях, которые заинтересованы в том, чтобы наша медицина в вопросе персонализации не отличалась от той, которой пользуются пациенты на Западе. Генетика московской популяции людей характерна только для Москвы. Она не может переноситься на какие-то другие страны и далекие регионы мира. Около пяти лет назад была ситуация с зарегистрированными неблагоприятными побочными эффектами применения лекарственных средств. Не только в наркологии, но и во многих других областях медицины. Количество лекарственных средств и число регистрированных побочных реакций, выявленных при применении их в клинической практике, неуклонно росло. Возможно, через несколько лет применение персонализированных назначений лекарственных средств, станет совершенно неизбежно. Поскольку лекарств в практике врачей наберется большое количество, все они будут давать без персонализации назначения те или иные побочные эффекты. Опытный клиницист может вполне и сам персонализировать свою терапию по внешним признакам, по которым он может распознать генетику организма человека. Три года назад была организована наша лаборатория, которая может прямо сказать врачу, в каком соотношении находятся те или иные молекулы в организме человека. При правильном учете молекулярно-генетических данных, большая часть назначений попадает не в область токсического эффекта, а в терапевтическую область и не вызывает опасных побочных реакций. Терапия в нашем Центре только начинает использовать возможности молекулярной генетики, и пока находится на междисциплинарном научно-экспериментальном уровне, поскольку нет никаких клинических рекомендаций, которые бы предписывали учитывать это. Функционально врачи Центра уже могут использовать медико-диагностическое консультирование и данные молекулярной генетики в своей практике. В онкологию это консультирование было введено около года назад. Наши методики важны не только для поступающих в Центр пациентов, но и для людей, обращающихся за профилактическими консультациями. Нашим психологам и терапевтам так же важна информация по различным личностным особенностям тех, кто к ним пришел. Опытный психолог может извлечь информацию при личном общении, которое совершенно незаменимо. При этом параметроы, которые важны в практике, часто оказываются вне поля зрения, поскольку это какие-то долгосрочные биологические факторы, которые человек всю жизнь несет с собой в своих генах. Именно для выявления таких долгосрочных факторов, мы тоже помогаем нашему отделению профилактики. Помощь сводится к нескольким взаимодополняющим компонентам: молекулярно-генетическому анализу в лаборатории, консультации психолога, приему врача-генетика. Всё это собранное совместно дает возможность учитывать не только те факторы, которые видно глазами, но и те факторы, которые не видны и никогда не стали бы видны человеку. Например такие, как сочетания белковых рецепторов. Наша работа состоит из оценки факторов риска, выбора наиболее оптимальной стратегии профилактики и формирования осознанного отношения к своему образу жизни.
Благодарю за внимание к нашей молекулярно-генетической области знаний в отечественной и московской наркологии. Хочу сказать, что мы можем дать Московскому научно-практическому центру наркологии возможность вести персонифицированную профилактическую и превентивную медицину, которая повысит качество и продолжительность жизни москвичей. 

Е.А. БРЮН

Острие мировой науки сейчас как раз здесь. Считается, что 85 % вклада в будущее зависимое поведение – сбой генетики, некоторые особенности биохимии головного мозга. Поэтому мы считаем, что это направление исследований очень важно. Персонифицированная медицина должна быть на основе персонифицированной педагогики. На основе генетической особенности того или иного ребенка, мы даем рекомендации родителям по минимизации этих рисков, и по той системе воспитания, которая наиболее эффективна для данного ребенка. Алексей Валентинович Надеждин расскажет вам об еще одном инновационном и важном подходе в нашей наркологии.

А.В. НАДЕЖДИН

Наша задача выяснить насколько значима доля влияния алкоголя и наркотиков для оказания помощи больным соматического профиля, которые болеют гастритом, пневмонией, поражениями печени, поражением поджелудочной железы. Очевиден тот факт, что лица, которые употребляют алкоголь и наркотики хуже и меньше живут, чаще и тяжелее болеют. Понятно, что расходы на здравоохранение наркологически здоровых лиц и расходы на здравоохранение лиц, которые злоупотребляют различными веществами, качественно разные. Изучив выборку соматических больных на предмет употребления алкоголя и наркотиков, мы можем сказать, как эффективность наркологической службы московской отражается в зеркале соматического здравоохранения. Есть очевидные данные, которые свидетельствуют о том, что количество лиц, злоупотребляющих алкоголем в Москве, снижается в последние годы. Снижается количество лиц, злоупотребляющими наркотиками. Можно увидеть это отражение в московской общесоматической сети здравоохранения. Алкоголь вносит существенный отрицательный вклад в общесоматическое состояние здоровья и является фактором, который приводит к целому ряду неинфекционных заболеваний.
Департаментом здравоохранения Москвы инициировано исследование. Оно проводится на больших выборках больных. Три тысячи пациентов берутся в Норвегии в городе Осло, в Диаконической больнице и три тысячи пациентов берутся в 68 Городской клинической больнице Департамента здравоохранения города Москвы. Эти выборки мы можем сравнивать. Также в исследовании принимает участие Московский научно-практический центр наркологии. Три учреждения, принимают участие в этом проекте. Особенностью этого исследования является то, что это не просто опрос и не просто клиническая оценка. Она может быть субъективна, так как пациент не всегда говорит правду. Это исследование имеет особенность. В нем применяются достаточно точные маркеры употребления психоактивных веществ и алкоголя. Для выявления употребления алкоголя, который наиболее важен для нашего исследования, используется маркер, который практически в 100 % случаев позволяет установить, употреблял ли человек в течение полутора-двух месяцев алкоголь с вредными последствиями. По количествам колебания этого маркера мы можем сказать, насколько вредное это было злоупотребление. Этот маркер достаточно сложен и дорог. Применяется он только для научных исследований. Для рутинных и больших скрининговых обследований, он не совсем применим. Почему важно применение этого биологического маркера? Потому что наркологи не в состоянии охватить всех больных, которые злоупотребляют алкоголем или наркотиками. В значительной части случаев с этими больными сталкиваются врачи общесоматического профиля: врачи поликлинических учреждений, врачи-терапевты, семейные врачи и врачи стационарных учреждений. Наша задача снабдить этих врачей удобными инструментами измерения, чтобы они смогли, не отрываясь от своей основной диагностической задачи, за короткий промежуток времени, определить было ли значимо это употребление. Употребление ли это с вредными последствиями и принять необходимые меры. Это скорректирует врачебную тактику и инициирует обращение больного за наркологической помощью. Как правило, традиционно используются скрининговые опросники, которые рекомендует разрабатывать Всемирная Организация Здравоохранения. Они адаптируются для применения в той или иной стране. В разных культурах у людей различное отношение и различное поведение при ответах по этим опросникам. В настоящий момент точного исследования, которое позволило бы определить чувствительность этих опросников, которые в последствии будут внедряться в общесоматическую сеть, мы не можем. Это исследование, наверное, впервые на популяции московских больных, позволит нам ответить на вопрос, насколько искренни наши больные при ответах по опросникам, рекомендуемым ВОЗ. Также мы хотим посчитать, насколько больные, злоупотребляющие алкоголем и наркотиками ресурсозатратны. Это делается очень просто. Считаются койко-дни и объемы медицинской помощи, которые имеют конкретное экономическое исчисление. Подобные данные позволяют существенно оптимизировать оказание медицинской помощи. У нас на российской стороне, мы обследуем пациентов, которые поступают в неврологическое, кардиологическое и терапевтическое отделения. Пациенты отбираются в любое время дня. Это острые больные. Главная задача, чтобы они поступали по скорой помощи или же самостоятельно обращались в приемное отделение с заболеваниями, которые у них развиваются. Участие в исследовании добровольное, каждый подписывает согласие. Каждому пациенту предоставляется полная информация об исследовании в установленной форме. Опрос проводится в удобное для них время. Пациенты заполняют анкеты, короткий опросник. Они отвечают на четыре вопроса. Врач быстро оценивает результат по количеству баллов, и может сказать, пагубное ли у него употребление. Для определения наркотиков используются два вопроса международного теста, также мы смотрим шкалы, направленные на эмоциональное состояние этого больного, чтобы потом провести корреляционный анализ между употреблением наркотиков и эмоциональным благополучием. Эмоциональная содержимая тоже может внести серьезный негативный вклад в общее состояние человека. Вещество, которое мы планируем изучать, видит в биологических образцах практически все существующие психоактивные вещества, включая самые последние дизайнерские наркотики. Мы считаем, что результаты исследования дадут возможность уточнить факторы риска развития соматических и психоневрологических расстройств, связь обострения хронических заболеваний с употреблением психоактивных веществ. Разработка предполагает дифференциальный подход к терапии и профилактике этих заболеваний. Результаты этого обследования помогут нам облегчить коммуникацию наркологов с врачами терапевтических специальностей, а московским врачам терапевтических специальностей дать инструменты и методологию работы с нашим наркологическим контингентом. Спасибо. 

Е.А. БРЮН

Я хотел бы одну реплику тоже по этому поводу сказать. Алексей Валентинович уже сказал, что впервые в стране проводится такое широкомасштабное исследование. Роль его трудно переоценить. Представьте себе, примерно 2 % популяции, в том числе российской популяции, страдает алкоголизмом с психическими расстройствами. Мы их практически всех знаем. Они к нам приходят, мы их лечим, реабилитируем, сопровождаем и так далее. Есть еще теневая алкоголизация. У этих пациентов нет психических расстройств и они к нам не обращаются. Они обращаются по поводу своих заболеваний в соматические больницы. Наша стратегическая задача этих людей выявить и предложить им программу выздоровления. Понятно, что без исследований не бывает никакого внедрения в практику той или иной методики. Если у нас такая процедура социо-терапевтической интервенции и конструктивного вмешательства пройдет успешно, можно будет в дальнейшем замотивировать их на отказ от алкоголя, наркотиков и табака, с тем, чтобы оздоровить население. Эти люди – большая экономическая нагрузка на наше здравоохранение. Проведена экспертная оценка и посчитано, что на третье место после сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний выходят заболевания, связанные с злоупотреблением алкоголем и алкоголизмом с соматическими расстройствами.
Сегодня после пресс-конференции в 14.30 будет совещание в Минздраве и нам Министерство здравоохранения поручило организовать обучение общесоматических больниц, первичного медицинского звена приемам раннего выявления больных, злоупотребляющих алкоголем. Чтобы они их выявляли, направляли к нам и так далее. Этот проект уже будет внедряться в течение этого года в медицинские учреждения страны.
На этом наша часть закончена. Извините, если она была слишком длинной, но нам было очень важно познакомить вас и ваших читателей, телезрителей и слушателей с теми новинками, с которыми к нам может обращаться население. Спасибо. 

О. САМСОНОВА – «РИА Новости»

У меня два вопроса к Евгению Алексеевичу. Вы упомянули о том, что тестирование на наркотики должно иметь стопроцентный охват. По Вашему мнению это должно охватывать всех российских школьников или только учащихся города Москвы? Второй вопрос касается медвытрезвителей. Как Вы считаете, с учетом Вашего опыта, сколько вообще медвытрезвителей должно быть в столице?

Е.А. БРЮН

В идеале было бы, чтобы каждый ребенок знал, что он обязательно пройдет тестирование на наркотики. Это является очень большим сдерживающим фактором. Понятно, что поведение подростка не всегда бывает таким, какого от него ожидают взрослые. Для подростков характерна обостренная познавательность окружающего мира, «рыскающее» поведение. Извините за такой немедицинский термин. Они себя везде и во всем пробуют и, если им предлагают наркотики, они обязательно их попробуют. В этом весь ужас подросткового периода. Человек все время меняется, он все время немножко другой, ему трудно к себе адаптироваться. Он ищет какие-то формы нормализации своего поведения. Мы ставим фильтр, и человек будет знать точно, что его проверят. Много лет мы просили ввести в справку для поступления в ВУЗы обязательное прохождение нарколога с тестированием. 15и лет назад мы провели такой эксперимент в Бауманском университете. Это совершенно потрясающе сработало. Там есть военный факультет, и люди после третьего курса переходят на военный факультет. Мы проверили 2000 студентов и выявили потребителей наркотиков, среди людей, которые потом шли в армию, по существу. Было очень важно для нас и для Бауманского университета остановить этот процесс. И мы его остановили и с этими людьми поработали. Мы поработали, они все поняли и потом были допущены до обучения. Но мы их отслеживали потом, и всё было чисто. Так что, вот это всё работает. Произошло значительное снижение, так что мы считаем, что это должно быть повсеместно. Пока это только Москва. Она, как вы понимаете, имеет достаточный бюджет. Имеет возможности финансовые по внедрению стопроцентного тестирования. И мы к этому будем стремиться. Понятно, что там есть технические сложности с тестами, с кадрами, которые это всё будут делать. Потому что лиц, учащихся в Москве, наверное, под миллион и это требует серьезных финансовых и кадровых вложений. Постепенно, я думаю, что всё это будет решаться. Это первый вопрос.
Второй. По вытрезвителям статистики нет. Сказать, что советский опыт что-то показывает тоже не могу. В Москве в 1993 году ликвидировали медвытрезвители. Их было два: один на Лермонтовской на двадцать коек - мужской, и где-то еще был женский, тоже небольшой. Они пустовали потому, что логистика такова, что в центр было не пробиться, не довезти людей. Все время были пробки. Милиция просто тогда не возила пьяных в вытрезвитель. Сейчас, я так предполагаю, что это должно быть приближено к населению. Я думаю, что в каждом округе, в более ли менее доступном месте должен быть медвытрезвитель. У нас в округах, от 300000 в Зеленограде до миллиона с лишним в южном округе. Как минимум, по одному должно быть. Чтобы не возить людей через всю Москву. Сейчас как происходит вытрезвление. Милиция находит человека, находящегося в пьяном состоянии, вызывает скорую помощь. Скорая помощь приезжает, осматривает этого человека. Определяет, что он не страдает инсультами и диабетической комой или еще чем-то соматическим и начинает его транспортировать. Транспортируют в приемный покой обычных соматических больниц. Пока его транспортируют, проходит час, а то и два, он трезвеет и из машины уходит. Получается, что скорая помощь теряет время, вместо того, чтобы оказывать помощь другим людям. Или довозят его до приемного покоя, там он находится, лечения он не требует. Если он в тяжелой форме алкогольной интоксикации, его везут в токсикологическое отделение. Они есть в Москве и там им оказывают помощь. В системе вытрезвления легкая и средняя степень опьянения. Лечение она не требует. По нашей международной классификации, такие состояния не требуют особой помощи. Это просто передержка. Человек сидит в приемном покое, плохо себя ведет. Врачи всё время на него оглядываются. Почти все нападения на медперсонал происходят от пьяных людей, которые бывают или с заболеваниями, или без; вот они дезорганизуют работу приемных покоев. Врачи отвлекаются от настоящих больных. Необходимость в вытрезвителях давно назрела и в ближайшее время на заседании антинаркотической комиссии Московской Городской Думой вопрос этот будет решен. С моей точки зрения в каждом округе должен быть вытрезвитель.

С. ИШКОВ - «Московская правда»

В выступлении прозвучала информация, что количество употребляющих алкогольную продукцию в Москве постоянно сокращается. Если это так, почему именно сейчас появляется инициатива о воссоздании системы вытрезвителей и, если можно, немного о динамике упомянутого процесса сокращения.

Е.А. БРЮН

В данный момент динамику я не готов предоставить, думаю, мы можем отдельно вам предоставить цифры, у нас они есть. Например, есть объективный показатель – отравление алкогольной продукцией: за прошедшие три-четыре года он снизился на 30%. А обращения за медпомощью – это не всегда объективный показатель, поскольку некоторые люди обращается в частные медицинские организации, о части людей у нас вообще нет статистики, если пострадавший не умер, например, или не отравился до той степени, когда он нуждается в госпитализации. Но и по обращениям за медпомощью связи с алкогольными проблемами у нас тоже идет сокращение. Частных медицинских фирм не становится больше в Москве, и они стабильно работают и эта ниша занята. Я думаю, что это связано с увеличением негосударственной помощи. Я думаю, что это объективный процесс. Есть статистика по потребляемому алкоголю на душу населения в год. Если в 2010 году это было 18 литров на душу населения в год, то в этом году это 11,8. Мы сравнялись с общемировым стандартом. Во всяком случае, про Москву это можно точно сказать. В Москве пьют немного и количество больных алкоголизмом тоже падает. Десять лет назад было порядка 120 тысяч на учете больных алкоголизмом, сейчас это 80 тысяч. Количество психозов алкогольных падает с 6000 в год, до 4000. Это тоже показатели достаточно хорошие. Особенно резко стали падать показатели после последнего витка кризиса. Люди стали больше задумываться о том, чтобы последние деньги потратить не на алкоголь, а на семью. Москва за последние пять лет превратилась в очень удобный для жизни город. Очень много возможностей провести время, есть где применить свои досуговые желания по дополнительному развитию, по совместному с семьей отдыху. Московская среда становится хорошей заменой алкоголю. 

С. ИШКОВ - «Московская правда»

Почему сейчас именно становится вопрос о возрождении системы вытрезвителей?

Е.А. БРЮН

В этом году Кубок конфедераций, а в следующем году – чемпионат мира по футболу. Представляете, какое количество пьяных болельщиков будет в Москве? Министерство здравоохранения еще в прошлом году и Правительство Москвы позаботилось о том, что с этим делать. Нужны человеческие условия для тех людей, которые попадут в эту ситуацию. Пьяный болельщик будет драться и непонятно чем еще заниматься. Его нужно поместить в среду, где ему окажут помощь, приведут в чувство и отпустят. Это будут не только российские граждане. 

ВЕДУЩИЙ

Я бы хотел задать уточняющий вопрос Виктору Александровичу. Насколько я понимаю, несколько лет назад генетическая экспертиза организма предлагалась только частными клиниками и была дорогостоящей. Нужно направление, чтобы к вам попасть или может обратиться каждый житель Москвы? Как это всё происходит? 

В.А. МАЦКЕВИЧ

Спасибо за вопрос. Каждый житель Москвы, желательно еще до того, как ему будет поставлен диагноз, может проверить себя и выяснить относится ли он к той или иной не очень многочисленной когорте из 10-15 людей, отягощенных тем или иным фактором, в различных ситуациях приобретения болезней и зависимости. Любой может прийти и просто из интереса поучаствовать в наших научных исследованиях. Нужно прийти и записаться на консультацию к нашему врачу-генетику и получить все необходимые сведения о том, какие факторы риска у Вас есть, а каких нет, равно как и рекомендации. 

А МЕЛЬНИКОВ – «Аргументы и факты»

Скажите, пожалуйста, это в Центр наркологии надо обращаться?

ВЕДУЩИЙ

Да, город Москва, ул. Люблинская 37/1.

А. МЕЛЬНИКОВ – «Аргументы и факты»

Без направления можно прийти и записаться?

Е.А. БРЮН

Для этого лаборатория и организовывалась. Наша сверхзадача состоит в том, чтобы москвичи могли прийти к нам, мы взяли у них генетический анализ и наши психологи и медицинский генетик сказали, что там есть, прокомментировали. Особенно это необходимо подросткам. Мы всегда рассказываем родителям о психических реакциях, о системе поведения. Говорим, чего надо опасаться. С одним лаской, с другим – строгостью. Система воспитания тоже очень разная. А то у нас придет мода на воспитание по Бенджамину Споку – это мой идеологический враг, и они начинают попки зацеловывать. Вырастает из этого ребенка непонятно что, и потом они все оказываются у нас. Он в неге и холе вырос, ему не отказывали ни в чем. Он не знает системы поощрения и наказания. Потом жизнь его ставит в жесткие условия. Он ломается и начинает или пить или колоться. Вот эта система потворствования, так же опасна, как и система постоянного наказания. Эти крайности должны быть исключены из воспитательного процесса. Почему мы вас призываем чаще рассказывать об этом, писать? Потому что родители часто неграмотны в этих вопросах, их надо учить. И всегда надо показывать какие-то исследования, объяснять на цифрах. Родители не всегда верят в то, что может что-то произойти с их ребенком. Они не знают, что с этим делать и как минимизировать риски.

С. ВОЛКОВА – «Комсомольская правда»

С какого возраста вы рекомендуете родителям проводить такого рода анализ? Насколько он будет результативный, если ребенок учится в первом классе? Или его лучше проводить ближе к подростковому возрасту, когда в ребенке все меняется?

В.А. МАЦКЕВИЧ

Этот анализ можно проводить, по сути, с того момента, когда ребенка можно попросить плюнуть в баночку или сдать кровь. Соответственно, информация, касающаяся генетики человека, не меняется с течением времени. На мой взгляд, чем раньше обнаруживаются те или иные факторы, если они есть, тем больше свободы, как у родителей, так и у психолога, чтобы их компенсировать. А когда сдавать анализ - это решать родителям.

Е.А. БРЮН

Я добавлю. Как правило, на практике родители сталкиваются с проблемами у ребенка с двухлетнего-трехлетнего возраста. Иногда он неусидчивый, иногда у него задержка речи или иные проблемы, которые заметны в этом возрасте. С этого момента нужно знать о том, что могут возникнуть проблемы, и в каком порядке они могут возникать.

ВЕДУЩИЙ

Мне бы хотелось уточнить один вопрос, потому что тема злободневная. Сколько лабораторий вообще и велика ли очередь?

В.А. МАЦКЕВИЧ

К сожалению, кабинет генетики у нас в центре только один, лаборатория одна, а прием у врача-генетика очень продолжительный и человекоориентированный. Прием длится около часа, соответственно, за рабочую смену врач может принять примерно пять человек. 

Е.А. БРЮН

К сожалению, тема недостаточно освещается в СМИ, и больших очередей к нам не выстраивается. Если будет очередь, мы поставим перед Департаментом здравоохранения и Правительством Москвы вопрос о повышении ставок. 

Е. ПИЧУГИНА – «Московский комсомолец»

Вы уделили достаточно много внимания вопросам реакции на препараты. Вы проводите исследования среди московской популяции по реакциям на препараты? Они как-то проанализированы?

В.А. МАЦКЕВИЧ

Исследования проводятся нашими аспирантами, которые иногда даже защищают докторские диссертации. Они проводятся постоянно, в содействии с другими лабораториями. К сожалению, в этом плане мы сейчас нагоняем упущенное, поскольку на западе существуют различные медико-генетические маркеры, которые позволяют достаточно жестко подходить к выписываемой рецептуре. У нас они пока нестандартны. В том, чтобы идти вторыми есть свое преимущество, поскольку, изучая московскую популяцию, мы примерно можем знать, чего ожидать на пути, которым прошла западная медицина.

ВЕДУЩИЙ

Благодарю вас коллеги, пресс-конференция окончена.